Неоконченное преступление и соучастие в преступлении

Квалификация неоконченных преступлений, совершенных в соучастии

Неоконченное преступление и соучастие в преступлении

Cтадия совершения преступления, вменяемая любому из соучастников, определяется в зависимости от деятельности исполнителя (соисполнителей) преступления. Если деяние исполнителя останется не доведенным до конца, то неоконченным преступлением признается и деяние каждого из соучастников.

B случае добровольного отказа исполнителя от доведения преступления до конца остальные соучастники преступления несут уголовную ответственность за соучастие в приготовлении к преступлению или покушении на преступление (в зависимости от того, на какой стадии отказался от преступления исполнитель).

Хабаров А.В.

Правило об уголовной ответственности соучастников преступления за неоконченное преступление сформулировано в первом предложении ч.5 ст.

34 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ) и звучит следующим образом: «В случае недоведения исполнителем преступления до конца по не зависящим от него обстоятельствам остальные соучастники несут уголовную ответственность за приготовление к преступлению или покушение на преступление».

Из этого вытекает, что стадия совершения преступления, вменяемая любому из соучастников, определяется в зависимости от деятельности исполнителя (соисполнителей) преступления. Если деяние исполнителя останется не доведенным до конца, то неоконченным преступлением признается и деяние каждого из соучастников.

Отсутствие в действиях исполнителя преступления признаков непосредственной направленности на совершение преступления (т.е.

начала выполнения им объективной стороны состава преступления), влечет признание деяния каждого из соучастников приготовлением к преступлению,[1] а наличие таких признаков – покушением на преступление.[2]

Казалось бы, все предельно просто. Тем не менее, данная норма не совсем точно регулирует рассматриваемую ситуацию.

Во-первых, возникает вопрос: соучастники преступления несут уголовную ответственность за приготовление к преступлению или покушение на преступление (как это буквально сказано в ч.5 ст.34 УК РФ) либо все-таки за соучастие в неоконченном преступлении?

Тот или иной ответ на этот вопрос влияет на формулу квалификации деяния, подлежащую применению в рассматриваемом случае: если первый вариант предполагает квалификацию содеянного по норме Особенной части УК РФ со ссылкой только на соответствующую часть ст.30 УК РФ, то второй – со ссылками на соответствующие части и ст.30, и ст.33 УК РФ.

Представляется, что правильным является второй вариант, поскольку он более точно отражает деяние, которое представляет собой в определенной степени удавшееся соучастие в преступлении,[3] при котором роль каждого лица должна получить юридическое закрепление. Кроме того, если ссылаться только на ст.

30 УК РФ, не будет разницы в квалификации удавшегося соучастия в неоконченном преступлении и неудавшегося соучастия.[4]

В судебной практике также нашел подтверждение подход, согласно которому при квалификации деяния соучастника неоконченного преступления необходимо ссылаться и на ст.30, и на ст.33 УК РФ.

[5] Следовательно, при недоведении исполнителем преступления до конца деяния остальных соучастников должны квалифицироваться со ссылками на соответствующие части ст.ст.30 и 33 УК РФ, а в ч.5 ст.

34 УК РФ следует сделать уточнение о том, что соучастники в таком случае несут уголовную ответственность «за соучастие в приготовлении к преступлению или покушении на преступление».

Во-вторых, в ч.5 ст.34 УК РФ сказано, что установленное ей правило распространяется только на случай недоведения исполнителем преступления до конца «по не зависящим от него обстоятельствам».

Возникает вопрос о том, по каким же правилам несут ответственность соучастники преступления, если исполнитель добровольно отказался от доведения преступления до конца. По смыслу ст.

31 УК РФ добровольный отказ от преступления исполнителя не исключает уголовной ответственности иных соучастников преступления, которые не отказались от его совершения в соответствии со специально установленными для них правилами. Но за что они должны отвечать?

Теоретически здесь мыслимы две позиции. Согласно первой из них, соучастники преступления должны нести уголовную ответственность в таком случае за приготовление к преступлению (без ссылки на ст.33 УК РФ и независимо от того, на какой стадии прервал свою деятельность исполнитель), т.к. здесь отсутствует один из объективных признаков соучастия в преступлении – совместность деятельности.[6]

Другими словами, данная ситуация должна разрешаться по правилам о неудавшемся соучастии,[7] т.к. «при таком положении вещей добровольный отказ фактически уничтожает все этапы развития преступной деятельности, имевшие место до него».[8]

Второй подход предполагает, что соучастники преступления несут в рассматриваемом случае уголовную ответственность за соучастие в приготовлении к преступлению или покушении на преступление в зависимости от того, на каком этапе добровольно прервал свою деятельность исполнитель преступления, т.е. данная ситуация разрешается по правилам о соучастии в неоконченном преступлении, не доведенного исполнителем до конца по не зависящим от него обстоятельствам.

При анализе данных двух вариантов следует, прежде всего, отметить, что говорить об отсутствии признаков соучастия, исполнителя преступления, здесь все-таки нельзя: на определенной стадии соучастие имело место, несколько лиц объединяли свои усилия для подготовки к совершению преступления или даже для попытки его непосредственного совершения.

Другое дело, что впоследствии исполнитель выбыл из такого соучастия, что не свидетельствует о том, что соучастия не было. Кроме того, не очень логично будет вменять соучастникам приготовление к преступлению, если исполнитель отказался от преступления на стадии покушения на него.

Сам по себе такой «поворот стадий» совершения преступления от покушения к приготовлению вызывает сомнения, т.к. не предусмотрен уголовным законом.

Кроме того, получается, что пока исполнитель от преступления не отказался, остальным соучастникам грозит ответственность за покушение на преступление, а стоит исполнителю отказаться, как пределы ответственности соучастников преступления понижаются, т.к.

для приготовления к преступлению установлено более низкое ограничение максимума наказания (ч.2 ст.66 УК РФ), а то и вообще деяние фактически декриминализируется, т.к. уголовная ответственность наступает за приготовление только к тяжким и особо тяжким преступлениям (ч.2 ст.30 УК РФ).

Но ведь со стороны иных соучастников в рассматриваемом случае никакого позитивного в уголовно-правовом смысле поведения не последовало.

Источник: https://advokatsidorov.ru/kvalifikacija-prestuplenij-souchastii.html

Соучастие на стадии неоконченной преступной деятельности (В.В. Васюков,

Неоконченное преступление и соучастие в преступлении

Соучастие на стадии неоконченной преступной деятельности

Соучастие возможно в любой момент со стадии приготовления преступления до его фактического окончания. Это положение подтверждается и судебной практикой*(1).

При соучастии не совпадают время совершения соучастниками преступного деяния и момент окончания преступления, коим является момент реализации исполнителем объективной стороны состава преступления.

Решение вопроса о времени совершения преступления для каждого соучастника отдельно имеет принципиальное значение, например в случаях, когда в промежутке между действиями соучастника и деянием исполнителя был принят новый уголовный закон, “соучастник” или “исполнитель” достиг возраста уголовной ответственности, а также для определения момента начала течения срока давности привлечения к уголовной ответственности, при назначении наказания по совокупности преступлений и приговоров и для решения вопросов о погашении судимости, отмене условного осуждения, условно-досрочного освобождения и отсрочки отбывания наказания.

Поэтому время совершения преступления каждым соучастником определяется моментом совершения им самим деяния по участию в преступлении. Такое решение основано на ст.

9 УК РФ, согласно которой временем совершения преступления признается время совершения общественно опасного действия (бездействия) независимо от времени наступления последствий.

При этом последствиями преступного деяния соисполнителя, подстрекателя, организатора и пособника является выполнение (а при соисполнительстве – окончание выполнения) исполнителем объективной стороны состава преступления, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК РФ.

Оконченным преступление соучастника считается с момента выполнения исполнителем объективной стороны состава преступления. В этом проявляется зависимость объема уголовной ответственности организатора, подстрекателя и пособника от объема уголовной ответственности исполнителя.

Ч. 5 ст.

34 УК РФ гласит: в случае недоведения исполнителем преступления до конца по независящим от него обстоятельствам остальные соучастники несут уголовную ответственность за приготовление к преступлению или покушение на преступление. Таким образом, действующее уголовное законодательство России не рассматривает совместную преступную деятельность на стадии неоконченного преступления как соучастие.

Аналогичная норма содержится в ст. ЗЗ Уголовного кодекса Азербайджанской республики*(2), в ст. 22 Уголовного кодекса Польши*(3).

Применение положений ч. 5 ст. 34 УК РФ не вызывает трудностей при привлечении к уголовной ответственности соисполнителей, которые по независящим от них причинам не смогли довести преступление до конца.

Так, например, приговором Дзержинского районного суда Санкт-Петербурга от 13.04.2006 г. С. и Б. были признаны виновными в совершении приготовления к мошенничеству группой лиц по предварительному сговору с использованием служебного положения*(4).

Но норма ч. 5 ст.

34 УК РФ не соответствует общим положениям о соучастии в части квалификации действий организатора, подстрекателя и пособника на стадии неоконченной преступной деятельности, о том, что соучастник, не выполнявший состава преступления, предусмотренного Особенной частью уголовного закона, не может расцениваться как исполнитель этого преступления, а также норме об уголовной ответственности частных лиц в преступлении со специальным субъектом, действия которых не могут квалифицироваться без ссылки на ст. 33 УК РФ. Поэтому различные исследователи предлагают разные пути выхода из сложившейся ситуации.

Наиболее распространенной является точка зрения, согласно которой в случае недоведения исполнителем преступления до конца соучастник должен нести уголовную ответственность за соучастие в неоконченном преступлении, то есть за организацию, подстрекательство или пособничество приготовлению к преступлению или покушению на преступление в зависимости от стадии, на которой была прервана преступная деятельность исполнителя*(5). Такой точки зрения последовательно придерживается и судебная практика*(6).

Так, например, приговором Дзержинского районного суда Санкт-Петербурга от 16.01.2003 г.

Крюков был признан виновным в соучастии в покушении на дачу взятки должностному лицу лично за совершение им заведомо незаконных действий, и с учетом того, что содеянное Крюковым являлось соучастием в форме пособничества, а также что задуманное до конца доведено не было по независящим от Крюкова обстоятельствам, действия Крюкова были переквалифицированы с ч. 3 ст. 30, ч. 2 ст. 291 УК РФ на ч. 5 ст. 33, ч. 3 ст. 30, ч. 2 ст. 291 УК РФ*(7).

Эта же позиция прямо закреплена в ч. 4 ст. 36 Модельного Уголовного кодекса, в ч. 8 ст. ЗО Уголовного кодекса Кыргызской республики*(8), в ч. 7 ст. 25 Уголовного кодекса Грузии*(9), в ч. 4 ст. 29 Уголовного кодекса Украины*(10).

Действительно, поскольку соучастием является умышленная совместная деятельность исполнителя и другого соучастника по выполнению преступления, то в случае недоведения исполнителем преступления до конца отсутствует оконченное соучастниками преступление и они (соучастники) должны отвечать за соучастие в неоконченном преступлении.

Согласно другой точке зрения, в случае если действия исполнителя были прерваны на стадии покушения на преступление, то подстрекатель, пособник и организатор отвечают за соучастие в покушении на преступление, но если деяние исполнителя было прервано на стадии приготовления к совершению преступления, то лица, организовавшие это преступление, подстрекавшие к его совершению и содействовавшие его совершению, должны отвечать за приготовление к его совершению, поскольку на стадии приготовления соучастие невозможно*(11). Такой вывод делается на основе того, что на стадии приготовления к совершению преступления исполнитель еще не выполняет объективную сторону состава преступления, а, следовательно, по мнению сторонников такой точки зрения, отсутствует распределение ролей и, соответственно, соучастие. Мы полагаем, что можно говорить о соучастии в узком смысле слова на стадии приготовления к преступлению тогда, когда в соответствии с состоявшимся распределением ролей исполнитель согласился принимать участие в совершенном преступлении и кто-либо из соучастников начал выполнять действия по подготовке преступления. В случае если распределения ролей не состоялось, а подготовительные действия уже совершены, тоже есть соучастие, но без распределения ролей, то есть соисполнение приготовления.

Своеобразную точку зрения по вопросу соучастия на стадии неоконченной преступной деятельности занимает В.

Солнарж, который считает, что деяния пособника нужно квалифицировать как оконченные в том случае, если исполнитель начал выполнять объективную сторону состава преступления, то есть покушался на совершение преступления, поскольку в этом случае уже есть причинная связь между помощью пособника и преступлением исполнителя*(12). Близкой к этой позиции является точка зрения ученых, полагающих, что подстрекательство окончено уже тогда, когда деятельность склоненного к совершению преступления исполнителя была прервана на стадии неоконченного преступления по независящим от исполнителя причинам*(13). Но преступление, совершенное в соучастии, окончено только при полном выполнении исполнителем соответствующего состава преступления, а потому соучастник неоконченного преступления не может нести уголовную ответственность за соучастие в оконченном преступлении.

Часть 5 ст. 34 УК РФ закрепляет еще одну норму: лицо, которому по независящим от него обстоятельствам не удалось склонить других лиц к совершению преступления, несет уголовную ответственность за приготовление к преступлению.

Неудавшимся может быть не только подстрекательство, но и пособничество и организационная деятельность, которые исходя из смысла уголовного закона также не образуют соучастие в преступлении, а являются лишь приготовлением к преступлению. Это положение прямо закреплено в ч. 5 ст.

34 Модельного Уголовного кодекса. Хотя некоторые авторы и видят особенности при неудавшемся пособничестве*(14).

Большинство ученых полагают, что в случае, если в преступлении отсутствует исполнитель, выполняющий объективную сторону состава преступления, предусмотренного статьей Особенной части, нет и соучастия*(15). Положение о том, что неудавшееся подстрекательство является неоконченным преступлением, закреплено и в ч. 1 § 30 Уголовного кодекса Германии*(16).

Нам представляется, что отсутствие исполнителя, выполняющего состав преступления, предусмотренный Особенной частью уголовного закона, при неудавшемся соучастии предопределяет отсутствие оконченного соучастия и влечет квалификацию неудавшегося соучастия как приготовления к соучастию. Квалификация неудавшегося соучастия как приготовления к преступлению, то есть без ссылки на соответствующую часть ст. 33 УК РФ, необоснованно расширяет рамки исполнения преступления, признавая приготовлением к выполнению состава преступления, предусмотренного Особенной частью УК РФ, неудавшиеся организационную деятельность, подстрекательство и пособничество, и ставит в тупик правоприменителя при квалификации действий лица, не являющегося специальным субъектом, если оно безуспешно пыталось принять участие в преступлении со специальным составом.

Согласно другой точке зрения, неудавшееся соучастие в преступлении нужно квалифицировать как покушение на соучастие*(17).

Но такая конструкция не отвечает допустимым требованиям справедливости, заставляя правоприменителя освобождать подстрекателя от уголовной ответственности за соучастие в приготовлении к преступлениям небольшой и средней тяжести – в случае если подстрекателю удалось склонить исполнителя к совершению преступления, а деятельность исполнителя была прервана на стадии приготовления преступления (ч. 2 ст. 30 УК РФ); и привлекать к уголовной ответственности неудавшегося подстрекателя к совершению этих же преступлений за покушение на подстрекательство – в случае если подстрекатель не смог убедить исполнителя встать на преступный путь. Таким образом искусственно завышается степень общественной опасности неудавшегося подстрекательства по сравнению с удавшимся, что на наш взгляд недопустимо. Еще А.Н. Трайнин, признавая соучастие формой совершения преступления, отрицал возможность покушения на него, равно как покушения на необходимую оборону или, например, на прогулку*(18). А вот подготовиться к прогулке или к необходимой обороне вполне возможно, надев теплые вещи в первом случае или приготовив оружие обороны от предполагаемой опасности во втором. Действительно, покушением является совершение действий, непосредственно направленных на совершение преступления. Соучастие же – это совместная преступная деятельность двух или более лиц. Следовательно, покушение на соучастие как таковое не может совершить одно лицо. Можно представить себе покушение отдельного лица лишь на конкретный вид соучастия, если умыслом соучастника охватывалась иная роль, нежели осуществленная им функция в совершенном преступлении.

Таким образом, положения ч. 5 ст. 34 УК РФ противоречат другим нормам уголовного законодательства, не соответствуют требованиям объективной реальности и судебной практике и нуждаются в изменении. Мы предлагаем следующую редакцию ч. 5 ст.

34 УК РФ: “В случае недоведения исполнителем преступления до конца по независящим от него обстоятельствам остальные соучастники несут уголовную ответственность за соучастие в приготовлении к преступлению или покушении на преступление.

В случае если действия организатора, подстрекателя или пособника по независящим от них обстоятельствам окажутся неудавшимися, ответственность этих лиц наступает за приготовление к соответствующему виду соучастия в преступлении”.

В.В. Васюков,

помощник прокурора Центрального района

Санкт-Петербурга

“Российская юстиция”, N 12, декабрь 2006 г.

Источник: https://base.garant.ru/5314325/

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.